В Барнауле поставили спектакль по 10 рассказам Шукшина

0
133

В Барнауле поставили спектакль по 10 рассказам Шукшина
Фото Олег БОГДАНОВ
В Барнауле поставили спектакль по 10 рассказам Шукшина

В Барнауле поставили спектакль по 10 рассказам Шукшина

В Барнауле поставили спектакль по 10 рассказам Шукшина

На минувшей неделе краевой театр драмы открыл сезон премьерой спектакля «И разыгрались же кони в поле…» в постановке режиссера Максима Астафьева.

В основе – десять рассказов Шукшина, в том числе самые известные и часто ставящиеся на сцене: «Верую!», «Сапожки», «Жена мужа в Париж провожала».

Режиссер поделил спектакль на две части – деревенскую и городскую. И даже в простом перечислении задействованных шукшинских текстов легко увидеть некую концепцию. Впрочем, Максим Астафьев и сам говорил, что эта постановка для него, кроме прочего, еще и попытка взглянуть на человека в контексте нашей истории. И вот герои его спектакля все дальше уходят от своих корней и от родной деревни – сперва в город, потом и в столицу, а прижиться там не могут, неловко застревая где-то между. Но сообщить такую же стройность и внятность самому сценическому действу у постановщика получается не всегда.

В одной деревне

Сцена сперва кажется почти пустой: передвижные конструкции из дерева лишь аккуратно намекают на избы. Притулившись в углу одной из них на лесенке, мучается «особенной нутряной» воскресной тоской Максим Яриков из рассказа «Верую!» (артист Виктор Осипов). Его грубая жена (ее играет Анастасия Южакова) в это время сидит широко расставив ноги в галошах и намазывает на лицо маску из тарелки.

Впрочем, рассказ «Верую!» призван лишь связать разные части спектакля. Поэтому после этого зачина появляется другой шукшинский чудик – Моня Квасов (Сергей Рассахань), изобретатель вечного двигателя из рассказа «Упорный». В бейсболке, клетчатой рубашке и простецких сланцах на босу ногу (костюмы в спектакле не всегда соответствуют эпохе 60 – 70-х) актер выходит на сцену с детским мобилем из соломы, прикрепленным на обычную рогатую вешалку, и произносит не только реплики персонажа, но и авторские ремарки. Здесь все просто и символично: мобиль с пчелками и птичками – и перпетуум-мобиле из велосипедного колеса. И детское простодушие изобретателя, глухого ко всяким «трезвым мыслям». В памяти так и застревает его восторженное лицо, когда он воображает, что действительно осуществил невозможное, – вот в совхозе-то удивятся! (В это время труженики совхоза с язвительным любопытством наблюдают за ним сидя на огромных тыквах).

Моню сменяет молодой сотрудник районной прокуратуры Ваганов, обдумывающий неожиданное письмо красавицы, в которую он был влюблен. За ним появляется простой деревенский шофер Серега (Антон Кирков), решивший ни с того ни с сего купить своей жене шикарные сапожки за 65 рублей («Все думаешь: ничего, когда-нибудь буду жить хорошо, легко. А время идет… И так и подойдешь к той ямке, в которую надо ложиться, – а всю жизнь чего-то ждал»). Следом – парень Колька на костылях, решивший застрелиться от неразделенной любви. А потом и мать непутевого сына, которая пытается отбить его у милиции – и тоже остается глуха к любым доводам рассудка.

Занятые в спектакле артисты сами катают по сцене символические «избы», вытаскивают и уносят тыквы, больничную койку, письменный стол, носят на шее «ожерелья» из рулонов дефицитной туалетной бумаги, мельтешат на заднем плане. И возникает ощущение, что все эти истории – смешные, нелепые и трагичные – случились в одной и той же деревне, где все друг у друга на виду.

Столичные потрясения

На перемену места действия в начале второй части спектакля намекает отвязный танец безымянных молодых людей под песню «Окраины» группы «Сплин». Вместо лаконичных деревянных конструкций – два эскалатора, главное столичное потрясение для любого советского провинциала (за сценографию и костюмы отвечает художница Анастасия Котова). А на проекционном экране уже не колышущийся степной ковыль, а панельные многоэтажки и табло аэропорта.

В этих декорациях разыграны еще четыре истории: забавный «Случай в ресторане» (прекрасный ролью Георгия Обухова, чей пожилой герой трогательно сожалеет о своей слишком уж гладкой безошибочной жизни и подбивает на безумства случайного знакомого), «Други игрищ и забав», «Привет Сивому». Из этой мозаики легко вывести вторую большую тему, проходящую через последние постановки режиссера: нескладные, обреченные отношения мужчины и женщины, обманувшихся друг в друге. Венчает спектакль любимый многими горький рассказ «Жена мужа в Париж провожала» о трагическом несовпадении супругов – двух разных миров и укладов, порождающем чистую, подлинную ненависть (в ролях снова Виктор Осипов и Анастасия Южакова).

И не будь этой точки – пусть и несколько торопливо, но все же подробно разыгранной последней части, – спектакль никак не удалось бы склеить с помощью сценок из рассказа «Верую!». Во второй половине он срастается в нечто цельное в основном усилием зрительской воли. Возможно, дело в том, что изначально режиссер взял в работу 13 шукшинских текстов, но к премьере уцелел только десяток (и того много!). Причем некоторые из вошедших в постановку историй свелись к фабуле, порой даже к анекдоту. Чем ближе к финалу, тем меньше подробности в существовании шукшинских персонажей. Но от длинного эстрадного номера режиссер не отказывается: снова, как и в спектакле «Бесприданница», красивая женщина (здесь актриса Татьяна Данильченко) поет надрывную песню. Просто теперь это обусловлено сюжетом.

 
КАРПОВА
ЛюбовьВ Барнауле поставили спектакль по 10 рассказам Шукшина

В Барнауле поставили спектакль по 10 рассказам Шукшина

В Барнауле выставлены необычные натюрморты

Сказки для взрослых начал показывать барнаульский театр кукол

Посмотреть все материалы автора

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here