«Все самое страшное случилось»: в свердловской больнице одна россиянка потеряла мужа, а другая — способность иметь детей

0
183

«Все самое страшное случилось»: в свердловской больнице одна россиянка потеряла мужа, а другая — способность иметь детей

По факту случившегося возбудили уголовное дело.

Все началось в 2019 году, когда у жительницы Екатеринбурга, 22-летней Юлии Липинской внезапно произошла кратковременная остановка сердца. Ей сделали УЗИ в ЦГБ и поставили диагноз — аномалия Эбштейна (редкий врожденный порок сердца, встречается с частотой 1% от всех врожденных пороков развития сердца — Прим. ред.). Состояние здоровья девушки ухудшалось. После консультации в Свердловской областной клинической больнице № 1 (СОКБ) ей назначили имплантацию холтеровского монитора. Как рассказывает Юлия, медики заверили, что нужных приборов сейчас нет, и пациентке придется купить его за свои деньги. Речь шла о собственном здоровье, Юлия согласилась.

«Все самое страшное случилось»: в свердловской больнице одна россиянка потеряла мужа, а другая — способность иметь детей Свердловская областная клиническая больница № 1

Екатеринбурженка предполагала, что холтер ей установят в СОКБ. Но, по ее рассказу, в больнице отказались это делать.

— Сказали, мы вам сделаем операцию, а вы с больницы потом начнете взыскивать деньги. Я разослала запросы во все кардиоцентры России, но мне везде отказали. Как раз была пандемия, и не рекомендовалось покидать регион, — вспоминает Юлия.

В конце концов, ей удалось договориться об операции со специалистами из Чувашии. Но результат оказался совсем не тот, какой ожидала екатеринбурженка. На следующий после операции день, у нее снова произошла кратковременная остановка сердца, затем проблемы с сердцем начали давать о себе знать все чаще и чаще. Вскоре по экстренным показаниям в СОКБ ей сделали еще одну операцию и имплантировали другой кардиоприбор.

«Все самое страшное случилось»: в свердловской больнице одна россиянка потеряла мужа, а другая — способность иметь детей Юлия Липинская

Пока Юлия пыталась вылечить сердце, начались проблемы по гинекологии. У девушки обнаружились многочисленные кисты органов половой системы. Но медики отказывались что-либо с этим делать, пока не решится вопрос по кардиологии. Операция по удалению кист до имплантации была противопоказана. Ситуация затянулась на пару лет, пока в мае 2021 года Юлию экстренно не госпитализировали — состояние здоровья было критическим.

— Меня доставили в больницу уже экстренно, когда я потеряла сознание от болевого шока. Кисты выросли до огромных размеров. Врачи просто не хотели оказывать помощь. Все это время мой муж писал в различные инстанции — от прокуратуры до депутатов, поэтому эту операцию проводили под контролем минздрава области, — говорит Юлия.

Как потом выяснилось в ходе операции, часть поставленных Юлии диагнозов по гинекологии оказалась неверной. Несвоевременное удаление кист яичников спровоцировало снижение овариального резерва (уменьшение способности яичников отвечать на гормональную стимуляцию ростом фолликулов с одновременным ухудшением качества яйцеклеток — Прим.ред.). В документах у Юлии появилась фраза: «в настоящее время не может иметь детей».

Екатеринбуржец Александр Тельминов также проходил лечение в СОКБ в отделении сосудистой хирургии. Ему провели две операции — шунтирование и имплантацию граф-стента. Александр перенес операции в 2017 году, выполнял все назначения врачей, проходил регулярные обследования. Но в 2020 году, когда измерял давление, заметил, что оно существенно отличается на обеих руках. Ситуация повторялась, скоро у Александра начала неметь левая рука. Тельминов вновь обратился в СОКБ.

В декабре 2020 года Александр прошел все необходимые обследования, сделал компьютерную томографию, несколько раз консультировался со специалистом. Но помощи так и не дождался.

— Моему мужу предложили оставить диск и заключение КТ для дополнительной консультации и обсуждения необходимости хирургического вмешательства. Но ответы оттягивались, прошло несколько недель, и когда мы в очередной раз позвонили врачу узнать решение, нам сказали: «Пока нет явных признаков проблем со стороны неврологии, операцию делать не нужно», — рассказывает жена Александра Татьяна.

Разговор был в октябре 2020 года. В ноябре у Александра случился приступ: он упал в обморок, а когда пришел в себя, потерял дар речи, и у него онемели руки. Дежурный врач в ЦГБ, куда поехал Александр, поставил диагноз — ишемическая атака — и рекомендовал как можно скорее получить консультацию сосудистого хирурга. Через несколько дней приступ повторился — рекомендации остались те же.

— В конце концов муж собрал все необходимые документы, приехал на госпитализацию, но ее отложили — в связи с необходимостью санации полости рта! Хотя справка от стоматолога в перечне необходимых для госпитализации документов отсутствовала. А затем нам и вовсе сказали, что в конце года не будет врача, который должен оперировать мужа. И вообще, «все самое страшное, что могло случиться, уже случилось», — говорит Татьяна.

Александра записали на госпитализацию на январь 2021 года. 11 января его госпитализировали. 20 января у него пропал слух. Этот день стал последним, когда Александр выходил на связь своими близкими.

21 января, как сообщили Татьяне, Александра в тяжелом состоянии перевели в палату интенсивной терапии с диагнозом инсульт. 26 января — у мужчины обнаружили гематому в мозге. Как сказали Татьяне — из-за падения. Сделали экстренную операцию.

— Все эти дни я пыталась попасть к мужу. Говорили — нельзя, карантин. Пыталась узнать о его состоянии у медиков. В больнице сухо сообщали: в тяжелом состоянии. А в последний раз и вовсе, не дослушав, положили трубку. Когда я перезвонила, ответили: «Вам же уже сказали: в тяжелом состоянии». Я только потом узнала, что муж уже в реанимации и на ИВЛ, — говорит Татьяна.

Состояние Александра стремительно ухудшалось. 29 января в 20:30 медики зафиксировали смерть. Татьяна осталась одна с двумя маленькими детьми на руках.

«Все самое страшное случилось»: в свердловской больнице одна россиянка потеряла мужа, а другая — способность иметь детей

Юлия и Татьяна познакомились в соцсетях. Юлия описала свою историю, попросила откликнуться тех, у кого с близкими или с ними самими произошла беда в Свердловской ОКБ. Как говорит Юлия, людей откликнулось много, но далеко не все готовы были обивать пороги инстанций и публично заявлять о проблеме.

«Все самое страшное случилось»: в свердловской больнице одна россиянка потеряла мужа, а другая — способность иметь детейДевушка написала и отправила несколько сотен жалоб в разные инстанции.

Юлия объединила усилия с Татьяной. Обе женщины считают, что трагедии можно было бы избежать, винят во всем медиков, оказавших, по их мнению, некачественные услуги. Татьяна же с двумя малышами просто физически не могла ездить из области в Екатеринбург, чтобы проводить время в бесконечных инстанциях и подавать бессчетные жалобы. Сейчас таковых, по словам Юлии, уже около 500. После очередного по истории Юлии возбудили уголовное дело по ч.1 ст. 293 УК РФ — «Неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе». Максимальным наказанием по ней является штраф или арест на три месяца. Позже на ситуацию обратили внимание в Следственном комитете РФ. Председатель СК РФ Александр Бастрыкин поручил доложить о расследовании уголовного дела и разобраться в деталях смерти Александра. Но после вмешательства прошло уже много времени, а дела так и не продвинулись. Юлия переживает, что в следкоме Свердловской области до горя двух женщин никому нет дела.

— Мы несколько месяцев уже пытаемся восстановить справедливость и наказать виновных. В следственном комитете затягивают расследование дела, не дают ему хода. Татьяне вообще сказали, что не будет никакого дела, пока не дадут распоряжение сверху. Потом начали говорить, что если и будет, то до суда не дойдет, несмотря на то что экспертиза на ее стороне, — говорит Юлия.

«Все самое страшное случилось»: в свердловской больнице одна россиянка потеряла мужа, а другая — способность иметь детейПосле вмешательства Бастрыкина делу дали ход.

Помимо способности иметь детей, девушка лишилась здоровья. Ей присвоена вторая группа инвалидности по тяжелому заболеванию сердца. Татьяна лишилась дорогого человека и фактически осталась без средств к существованию.

— Мы обращаемся к людям в погонах с надеждой, что нам помогут. А что получаем взамен? Нас выпинывают из каждой организации, отправляют из одного госоргана в другой, потому что мы никому не нужны, — жалуется Татьяна.

Напомним, ранее «Блокнот» писал о трагической ситуации в Кирове, где двухлетняя девочка умерла от коронавируса, подхватив его в больнице. Все это время врачи ставили ей разные диагнозы, кроха сменила четыре больницы, но вылечить ее так и не смогли. Мама ребенка уверена: если бы не равнодушное отношение медиков, дочь можно бы было спасти.

Если вас обидели, если вас не слышат чиновники, если управляющая компания творит беспредел – пишите в нашу рубрику «Обращение в редакцию». Присылайте ваши письма на электронный адрес bloknotmoskva@gmail.com или пишите в WhatsApp по номеру 89508687378.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here